казино 1хбет официальный сайт

Стив Хесс: «Тренировать Мозгова – все равно что делать тюнинг дорогому автомобилю» Стив Хесс: «Тренировать Мозгова – все равно что делать тюнинг дорогому автомобилю»

Время точечных занятий

– Стив, по ходу сезона складывалось воспоминание, что фуррор «Денвера» зависит никак не в наименьшей степени от тебя, чем от тренера Карла. Как для тебя с ним работалось?

– Тренер Карл – наилучший спец, с кем я когда-либо работал. Мы провели с ним совместно 8 лет. Он позволяет мне делать кучу вещей, которые другим людям на моей должности просто непозволительны. Нам пригодилось около 3-х лет, чтоб по-настоящему осознать друг дружку. Я никогда не выхожу за границы собственных возможностей, но, если мне необходимо, чтоб игрок восстанавливался, а тренер желает, чтоб он, скажем, отработал бросок, мы всегда можем побеседовать вместе и придти к решению. Это умение слушать может показаться мелочью, но оно делает Карла особым, мне с ним здорово подфартило.

Признаюсь, ранее я задумывался, что физическая подготовка в баскетбольной команде – это вроде бы соус к главному блюду, но сейчас я думаю, что это фактически и есть мясо! И вот почему: если машина не заводится, то и ехать она не может. И сколько бы мы ни пробовали развивать баскетбольные способности – если главные механизмы не работают, все будет впустую. И сейчас я считаю свою работу, вне всякого сомнения, актуально нужной, с нее в каком-то смысле все начинается.

– Думаю, прошлогодний конец с 2-мя самыми атлетичными командами лиги «Оклахомой» и «Майами» как раз подтверждает твою правоту.

– Конкретно! Тот конец был результатом долгого процесса: с каждым годом игроки становятся больше, посильнее и резвее, и, если ты не успеваешь за этим процессом, то в конечном итоге проиграешь. Это поразительно, как мужчины в этой лиге развиваются. Такая ловкость при таких габаритах, такая упругость! Посмотрите на нас, на таких мужчин, как Игудала, даже Тимо (Тимофей Мозгов) – вес 122 кг, толика жира в теле 7%, неописуемо координированный для собственных габаритов – да даже Коста, Джавал с заоблачным вертикальным прыжком – просто поглядеть на таких людей счастье, а я с ними работаю!

– Ты помнишь момент, когда баскетболисты стали еще больше времени уделять развитию собственных физических данных? Не с Тима ли Гровера (индивидуальный тренер Майкла Джордана с 1989 года) все началось?

– Тим мой неплохой друг, и он все делает очень здорово, очевидно. Не могу сказать, что точно помню определенный момент. Но вот во что я верю относительно собственной области – на данный момент все на самом высочайшем уровне, но при всем этом повсевременно развивается. Если ты хочешь развиваться, то всегда все будешь поменять. Тренеры начинают четче определять, чего конкретно желают достигнуть. Если необходимо прирастить взрывную силу, они выдумывают все новые и новые целенаправленные способы заслуги результата. Также с развитием гибкости. Другими словами такое вот время точных точечных занятий наступает.

– Стив, а для тебя не жаль, что вся эта твоя ювелирная работа над телами игроков уничтожается безмерно длинноватыми сезоном и 82 игры это как-то много?

– Ну что здесь скажешь. Мы все в одной лодке. Всем играть 9 игр перед сезоном, а позже 82 в регулярке, и тащить свою пятую точку в июнь. Игр много, это точно. И вот когда Тимо со собственной массой все это время хотя бы просто бегает из 1-го конца площадки в другой, его это нереально изматывает. К плей-офф тело жутко измучено. Но не запамятовывайте, что эти спортсмены получают миллионы баксов, кое-чем им нужно жертвовать, в том числе отдыхом. Ты скажешь, что в южноамериканском футболе меньше игр, это правильно, но там еще больше контакта, таковой уж это спорт. У меня нет времени мыслить, как уменьшить количество игр, моя забота отыскать метод сохранить здоровье мужчин, их свежесть. Если б лига была моей, уменьшил бы я количество игр? Здесь нужно учесть очень различные нюансы существования этой организации. Но в целом да, игр сильно много, но мы все в одной лодке, сжали зубы и работаем.

Мозгов

– Раз уже ты пару раз упомянул Тимофея – есть несколько видео, где вы с ним тренируетесь, и по ним видно, что он для тебя очень симпатичен.

– Он мне не просто симпатичен, я его, черт возьми, обожаю! У него очень обеспеченный игровой арсенал, он осознает игру, здорово бегает по площадке благодаря собственному атлетизму и сердечко у него доброе. Классный, замечательный игрок, и я думаю, что у него все в лиге будет так отлично, что вы и представить на данный момент не сможете. Его подход к делу вызывает почтение, и в целом, мне кажется, он потрясающе представляет тут вашу страну, как баскетболист и как человек. Что касается игрового времени в этом сезоне, думаю, это стечение событий. Я знаю, что Карлу он тоже очень нравится, и вообщем всему тренерскому штабу. И вот за что – когда он не играет, то тренится без выходных. Когда у других только восстановительные процедуры, он делает все, что мы просим, а позже идет в качалку и там пашет как угорелый. И это не дает дурным мыслям лезть ему в голову. Нет, ну естественно, я всего только физрук, но считаю, что он центровой уровня старта в этой лиге. Я его обожаю!

– Нередко игроки бесятся, когда им не дают играть. Если гласить об чувственном здоровье, как ты работал с Тимой в этом направлении?

– Мне нужно быть уверенным, что игроки готовы выйти и играть в хоть какой момент, когда этого захотит тренер. И на физическом уровне и ментально они должны быть готовы. Если что-то случится с кем-то из центровых, Тимо должен быть готов на 100%. Итак вот с Тимо мне не приходится вообщем ничего делать, чтоб он был в тонусе. У него феноменальная способность сохранять мотивацию. Вот честно, такие мужчины встречаются очень изредка. И я считаю этой собственной личной очень большой фортуной в жизни, что мне довелось c ним поработать.

– Ну а если о технической стороне дела побеседовать. С чем он к для тебя пришел, и что необходимо было у него развивать?

– Я никогда не общался с русскими тренерами, но, как я вижу, они дают очень крутую базу своим игрокам. Ну и самодисциплина у Тимофея поставлена, это разумеется. Так что все, что от нас требовалось, какие-то вещи сделать еще лучше. Вынудить его незначительно резвее работать ногами, в отдельных частях тела нужно убрать избытки, поработать над мускулами щиколотки, чтоб предупредить растяжения. Но в целом это все равно что тюнить дорогой автомобиль. Тимо можно расслабленно подвергать хоть каким упражнениям, а с его отношением к делу он становится мечтой хоть какого тренера по физподоготовке.

Миллер

– У вас в команде играет один из феноменальных ветеранов лиги – Андре Миллер. Как ему удается вынудить свое тело так отлично работать в таком возрасте? Должен же быть некий секрет!

– Я открою для вас этот секрет. Может показаться, что это общие слова, но это, правда, секрет. Дело в силе воли и разума. Он ни на один миг не колеблется в том, что он неописуемо неплох. И если это есть в голове, фуррор ожидает вообщем во всем. Существует некоторая иллюзия, что можно перевоплотить свое тело в неуязвимую машину, но самое сильное, что у нас есть – наше сознание. У Андре самый высочайший баскетбольный ум из всех игроков, с которыми я встречался. Я не понимаю, как ему удается созидать то, что он лицезреет в игре. И конкретно этот ум делает его неоценимым партнером. Естественно, некие вещи, которыми мы с ним увлечены, помогают ему спецефическим образом. Все, что я делаю, это только некоторый процент работы. С Андре мы один либо дважды в неделю проводим предварительные упражнения для мускул ног. Он поднимает некий вес ногами. Был бы он неплох и без этих упражнений? Естественно! Я мог бы этого мужчины просто закармливать мороженым, и он бы все равно был превосходным игроком. Я его кличу Hammer (Молот). Отрежьте ему ногу, он все равно отыщет метод выйти па площадку. Я не шучу. Сделает для себя протез из какой-либо палки и доиграет сезон. Он самый упрямый юноша, которого я знаю. Мне время от времени постыдно за тех, кто находит возможность сетовать на что-то – Андре не сетует никогда, он просто монстр.

Скрытый ингредиент

– Стив, я достаточно длительно ожидал способности обсудить данную тему с человеком, который в ней разбирается на твоем уровне. Я говорю о травме Кевина Уэйра. Мне после чего казалось, что я никогда в жизни не смогу играть в баскетбол. Эта картина просто не выходит из головы, всегда думаешь, что это может случиться и с тобой. Какова возможность таковой травмы для любителя либо специалиста?

– Это только точка зрения, и я не физиолог, просто много времени провел с баскетболистами. Чтоб произошла настолько разрушительная травма, наверное, должна была быть какая-то стрессовая реакция, перегруженные мускулы голени, может быть. Это только гипотеза, очевидно. Но если ты спрашиваешь, какова возможность таковой травмы, я скажу – очень, очень, очень низкая. Почему я так думаю? Ты лицезрел ранее такую травму?

– Нет. Это самая ужасная.

– И я нет. А я много их повидал. Я тебя понимаю отлично. Когда я это увидел, сходу поразмыслил о собственном 11-летнем отпрыску. Все, думаю, одену его с ног до головы в защиту и никогда не позволю играть в баскетбол. Позже, естественно, успокоился и напомнил для себя, что вообще-то наши с тобой тела людей – это волшебство природной инженерии, неописуемо сильные, гибкие и крепкие, нужно просто быть внимательными и ничего в их не напортить.

– Не колебался, что ты отыщешь метод успокоить. Ты вообщем известен собственной верой в позитивную энергию как движок занятий – не просто заставляешь игроков пахать, но стремишься побуждать их. Это твой «секретный ингредиент»?

– Ух, ну это наилучший комплимент, который мне можно сделать. Спасибо! Я очень верю в позитивную ментальную энергию. У меня время от времени бывали помощники, которых я просил покинуть тренажерный зал – мне не нужна тут негативная атмосфера. Моя философия такая: если ты понаблюдаешь за процессами восстановления и развития тела, то заметишь, что они протекают идеальнее всего, когда происходит выброс эндорфинов, когда у тебя не плохое настроение. Непринципиально, как тяжела работа, я желаю, чтоб ты был доволен собой, чтоб эндорфины вырабатывались. Ну и, не считая того, если у игрока томная работа ассоциируется с весельем, он будет охотнее трениться. Не усвой меня некорректно – все должно быть на уровне. Ты не можешь просто прикалываться всю тренировку, так не пойдет. Должна быть композиция продуктивности и веселья – тогда мужчины тянутся к работе. Я много работал над этой методикой, и когда ты говоришь, что это даже там, в Рф приметно, для меня это, правда сильно много означает. Ну и, не считая того, я таковой по натуре. Лет 6 вспять случай был с тренером Карлом. Мы кому-то здорово проиграли, он вдруг увидел меня улыбающимся и гласит: «Чувак, серьезно? Ты правда на данный момент в неплохом настроении? Это просто ни в какие ворота!» Я ему отвечаю: «Извини, тренер, но по другому я не могу. Я такой».

Наилучшие

– Ты работал с одним из наибольших ненавистников занятий Алленом Айверсоном. Как для тебя удавалось все-же заставлять его делать то, что ты от него добивался?

– Знаешь что, нужно очень осторожно ложить мировоззрение о людях до личной встречи. Аллен был катастрофически неплох. Трижды в неделю тягал веса – это очень хорошо. Аллен Айверсон один из самых возлюбленных игроков моего отпрыска. Есть одна история, которую я никогда не забуду. Захожу я в раздевалку после игры и говорю: «Аллен, ты один из наилучших атлетов, кого я когда-либо встречал». А он мне: «Что-что? Один из наилучших? Один из?!» И это главное. Он мог трижды получить блок-шот и все равно в 4-ый раз кинуть в той же ситуации и попасть – он жил в реальном.

– А можешь вспомнить игрока, который, в отличие от Аллена, был должен сильно много работать, чтоб достигнуть фуррора, так как от природы не был так даровит?

– Марк Поуп. Он играл за тренера Карла еще в Милоуки. Далековато не атлетичный юноша, но он реально урабатывался и выдержал в лиге 8 лет. Очень уважаю его. И еще пример есть в сегодняшнем составе, правда, этот юноша еще больше даровит. Я говорю про Эвана Фурнье. Он все делает верно, никогда не берет выходных, очень собран, и он будет очень успешен. Усвой вот что – если игрок НБА неплох, означает, он работает над собой до утраты сознания. Никому ничего не дается просто так, никому. Кевин Дюрэнт, ЛеБрон Джеймс, Дуэйн Уэйд, Кармело, Галлинари, Игудала – да они все просто рвут пятую точку. Даже когда ты вроде как отдыхаешь – ты не отдыхаешь, ты восстанавливаешься – думаешь о питании, о правильном сне. Все величавые игроки сильно много работают.

– А вот знаешь, в Европе нередко задумываются, что южноамериканские игроки такие крутые не только лишь благодаря тренировкам. И эти недавнешние истории с Рашардом Льюисом, с Тюркоглу… Употребляют ли игроки в НБА нелегальные препараты?

– Баскетбол это таковой спорт, в каком я просто не понимаю, как такие вещества могли бы посодействовать. Какие-то, естественно, могли бы, но их и выявляют тестами. Я скажу, что в НБА этого сильно мало, если вообщем есть место таким делам. Просто когда ты играешь 5 игр за 7 дней, ты не можешь позволить для себя перегружать свое тело этими субстанциями. Не думаю, что это может работать. Это общий ответ, но я скажу так – ни один из игроков, с которыми я работал, не воспринимал нелегальных препаратов.

– Назови 3-х наилучших атлетов в истории НБА.

– Сходу – Леброн Джеймс. Ох, Андре Игудала – это просто волшебство природы, добросовестное слово. Масса 94 кг, толика жира – 2%.

– Другими словами Игудалу ты бы именовал посреди наилучших атлетов в истории НБА?

Так, хорошо… Леброн Джеймс. Так, так… The Dream… Да, Оладжувон – такие габариты, такая ловкость… Нет, слушай, ну я просто никого не могу представить даже рядом с ЛеБроном. Скорость, сила – в это тяжело поверить!

– Назови третьего парня!

– Ох… Шак был просто зверюгой, но я все-же назову Мэлоуна. Вот у него было тело так тело.

Личный энтузиазм

– В твоей биографии на веб-сайте НБА сказано, что твоя супруга тоже тренер по физподготовке и что вы целыми деньками гоняете собственных малышей по дому? Такое чувство, что ты к своим детям относишься как к баскетболистам, а к баскетболистам как к детям.

– Пора мне обновить биографию – мои сыновья выросли. Тот, которому сейчас 14 лет, уже на 5 дюймов меня выше, и сейчас он гоняется за мной по дому, а не напротив. Ну а 11-летний обыгрывает меня один на один, правда, я страшно играю в баскетбол. Моя супруга, да, она упрямая – в денек пробегает по 9 миль. Моя работа – органичное продолжение меня самого. Это не работа, это просто то, что я делаю. Я игроков считаю собственной семьей, непременно, и для меня это личный, а не проф энтузиазм, чтоб они развивались, как и мои собственные малыши. Я время от времени смотрю, что там покупает для себя на обед один из игроков, и готов ему дать подзатыльник.

– Для тебя здорово удается тренировать положительное отношение к спортивному процессу, а были ли в твоей жизни ситуации, не связанные со спортом, когда таковой подход выручал тебя самого?

– Очень нередко, правда. Ты понимаешь, меня в этой лиге окружает подлинное величие. Это относится и к незвездным игрокам. Мне нет дела, сколько средств они зарабатывают, – они играют по 38 минут 4-5 раз в неделю в протяжении нескольких месяцев. Это жутко тяжело. У меня перед очами пример Кармело Энтони – юноша захворал, его тошнило перед игрой, он выходит и набирает 40 очков. Снова же сила воли и разума – вот что меня больше всего поражает в этой лиге. И когда я сталкиваюсь с трудностями в жизни, я заставляю себя мыслить так же, как они. Я вижу, как я поменялся с начала моей карьеры. Я еще меньше принимаю решений под воздействием чувств, заставляю себя остыть и включить логику. Это то, что я стараюсь перенять у наилучших игроков. Самое забавное – я учусь у этих ребят каждый денек, когда сам пробую их чему-то обучить. Я им один урок – они мне 20. Это воздействовало и на мою семью. Спустя столько лет в лиге я сообразил, что желаю, чтоб жизнь была трудной, и потому вызывающе увлекательной.

– Давай последний вопрос для веселья. Ты выглядишь очень сильным парнем. Если б вы с Мозговым стали биться на руках, кто бы одолел?

– Да он просто оторвал бы мне руки. Он неописуемо силен. Ну и позже – у него ладонь размером со всю мою голову.

Sports.ru благодарит агентство ProTeam за помощь в организации интервью

Related Posts

Добавить комментарий