1xbet промокод при регистрации


Ненавистное правило

– Вы очень неплохи на вбрасываниях. Как для вас это удается?

– Я работаю над ними уже 6 либо семь лет, это мне и посодействовало выйти на таковой уровень. Мы используем вне льда особые приспособления, чтоб сделать руки и всю высшую часть тела посильнее.

– Скрытые технологии?

– Нет. Это смотрится как малая клюшка, на ее конце – скакалка. Все приделано к стенке. И делаешь движения клюшкой, будто бы ты на льду. Можешь еще поставить отягощение на нее. И делать упражнения – туда-сюда. Это помогает развить реакцию и силу. Выполняешь движения одну минутку, и позже не ощущаешь рук. Очень томные упражнения.

– Вы ребятам в «Авангарде» рассказываете, как выиграть вбрасывания?

– Да, до сезона у нас было несколько занятий, там я старался посодействовать ребятам осознать, как мы можем забрать шайбу на вбрасываниях. Но в КХЛ есть один аспект: ты должен играть только собственной клюшкой. За океаном же я мог заблокировать клюшку конкурента и использовать свое тело, подбив шайбу для себя коньком. Так что мне необходимо было поменять эту привычку  в собственной игре.

Думаю, тут труднее выиграть вбрасывания, чем в НХЛ. Потому меня время от времени с их выгоняют. В неких матчах высылали с точки 5 либо 6 раз. В такие моменты я очень злюсь на арбитров (смеется).

– Это единственное правило, которое вы не любите?

– Нет, я не то чтоб не люблю это правило… Я его терпеть не могу! Вправду терпеть не могу. Если ты на вбрасывании, ты обязан иметь возможность хоть каким методом отвоевать шайбу. Почему нет?! Я не понимаю, почему нельзя этого сделать.

Три месяца колебаний

– Как тяжело дался переезд в КХЛ?

– Были деньки, когда я гласил: «Хочу остаться в НХЛ и играть там, так как это моя давнишняя мечта». Позже что-то случается, и я на уровне мыслей расстаюсь с ней: «Хочу уехать в КХЛ». Но на последующий денек все начиналось поначалу. И так я решал, где буду выступать в будущем году. Избрал Омск, так как мне произнесли, что буду много играть. Это то, чего я очень ожидал.

– Сколько вы задумывались над решением переехать?

– Около 3-х месяцев.

– В «Сент-Луисе» не было вариантов?

– Я лицезрел игроков, которых они взяли, и ощущал, что не буду проводить на льду много времени. Так как хоккеисты, которые пришли в команду, очень неплохи. И я решил приехать сюда. Кто-то может считать, что мой переезд в Омск состоялся только из-за средств. На это я отвечаю: «Нет, не из-за средств. Из-за хоккея, чтоб быть на льду и становиться лучше».

– Многие вправду удивляются, что вы держите уровень в КХЛ. Было мировоззрение, что это лига не вам.

– Мне было тяжело 1-ые три недели – было надо подстроиться к площадке. И с самого начала мы много говорили с Сумманеном. Я произнес, что мне необходимо больше времени, чтоб отыскать себя в таковой игре – так нередко на лед выходить ранее не приходилось. В НХЛ – 15-16 минут максимум. Сейчас у меня есть на 5 минут больше. Я не считаю, что переезд в КХЛ — это шаг вспять.

– В каких компонентах вы прибавили?

– Я больше играю с шайбой. Лучше вижу площадку, лучше созидаю.

– То, что Сумманен таковой чувственный тренер, вас не стращает?

– (улыбается) Да, он бывает мало безумным на лавке. Но, понимаете, это заряжает. Хотя время от времени ты злишься, так как слышишь повсевременно эти клики… Если отлично играю, я его практически не слушаю. Думаю, для неких ребят в команде может показаться, что такие эмоции – это очень. Но им нужно психологически быть готовыми к игре. Раймо знает, как настроить, завести тебя в раздевалке, в этом он идентичен с Хичкоком.

Вишневая «пятерка»

– Сумманен вас особо не поражает. А что-то другое в Рф?

– Мне нравится тут. И пока ничего такового не случилось, чтоб я стал для себя задавать вопрос: «Что я тут вообщем делаю?». Ничего особо не поражает. Разве что… Гостиницы в неких городках не очень отличные. Но это нормально. К примеру, я расположил в инстаграме фото отеля из Новокузнецка.

– Зато там шторы подходят к покрывалам на кровати.

– (смеется) Да-да, это отлично. Я просто никогда не лицезрел таких гостиниц ранее. Наверняка, некие люди недовольны тем, что я выкладываю такие фото. Но это не попытка шутить либо глумиться. Я семь лет жил в Штатах, и для меня это только 1-ый год в КХЛ. Понимаете, я просто был удивлен, что мы тормознули там. Потому сделал фотографию.

– Нередко слышите фразу: «Это Россия»?

– Время от времени даже очень (смеется). Но поначалу, когда ты видишь это впервой, удивляешься. А позже говоришь для себя: «Эй, я тут, чтоб играть в хоккей, а не чтоб глядеть отели».

– Ну а что с вишневой «пятеркой» в инстаграме?

– Решил, это будет весело, если я сфотографирую ее и запощу в инстаграм. Так как у нас в Чехии тоже были такие машины. Ну, не такие старенькые, естественно (смеется). Я фотографирую тут все. Время от времени выставляю это в соцсети. Вот, к примеру, фото со слонами. Мне показалось, они очень красивые. И город тоже был неплохой. Нижний…

– Новгород?..

– Нижнийкамск… Честно говоря, я не помню точно, где это было (улыбается).

– Перед приездом Омск был вам городом, где играл Ягр, и все?

– Да, я больше ничего не знал. Червенка говорил мне про Омск только не плохое. А на данный момент мой шофер, мой друг, у него много историй. Он старается гласить по-английски, а я учу с ним российский. Время от времени, правда, мы совершенно не осознаем друг дружку (смеется).

– В Омске очень холодно.

– Да, я слышал, что зимой там бывает -30. Но я не так нередко выхожу на улицу, просто чтоб походить. Мы едем пообедать либо поужинать, а позже сходу возвращаемся домой. Холода не успеваем увидеть. Думаю, когда будет такая температура, я вообщем не буду выходить из дома. Буду лежать в постели и глядеть киноленты (улыбается).

Тарасенко и Skype

– Смотрите матчи НХЛ? Ваш партнер по «Сент-Луису» Тарасенко отлично смотрится.

– Да. Я, кстати, говорил с ним, когда он забил один из последних крутых голов. Это было уже всюду в вебе. Я произнес: «Выглядишь очень уверенно на льду». И Вова очень счастлив быть там. Прекрасный игрок и мой друг.

– Как много у вас близких друзей?

– Мой брат, мой сосед и еще несколько человек, которых я знаю с того момента, как мы были детками. И пару ребят из хоккея.

– Полак?

– Да, мы игрались вкупе в сборной до 18 лет, кажется. А позже я провел с ним четыре года в «Сент-Луисе».

Гертл?

– Тоже. Мы знаем друг дружку по команде, за какую я играл. Последние несколько лет мы тренируемся вкупе. И деремся совместно (улыбается).

– Отличные же вы друзья.

– Ну это было больше для прессы. Мы никогда серьезно не дрались, нам всегда забавно совместно. Когда я в Рф, мы общаемся по скайпу. Время от времени у тебя нехорошие матчи либо что-то идет не так, и ты просто звонишь и говоришь об этом. Так как я один, у меня нет девицы, никто не живет со мной.

– Сколько вообщем часов для вас требуется, чтоб отступить от игры?

– Часов? Наверняка, не меньше 1-го денька (смеется). Я не могу спать после матчей. В особенности после не очень успешных игр – закрываешь глаза и видишь те моменты, где ты не забросил. И злишься, так как, может быть, из-за этого вы и проиграли матч. И не можешь расслабиться и уснуть.

Возьми замуж

– Меня попросили, чтоб вы пришли на интервью в шлеме, и чтоб я не смотрела на вас. Так как омские девицы уже сходят по для вас с мозга.

– (смеется) Не знаю, я пока не так отлично говорю по-русски. Да, время от времени слышу что-то на данную тему – я много фотографируюсь с фанатами, но это таковой личный вопрос. В штатах и тут приблизительно однообразное внимание ко мне.

– Для вас даровали достойные внимания подарки?

– Да. Мне отдают картинки и изготовленные своими руками вещи – для ключей либо мелкие «Матрешка» (гласит по-русски). Я не могу читать по-русски, но я слышал, что какая-то женщина сделала мне плакат: «Я желаю выйти замуж за тебя». Это весело.

Ваш российский оставляет вожделеть наилучшего?

– Я понимаю, когда молвят по-русски – он идентичен с чешским. Но навряд ли я когда-нибудь смогу на нем читать. Если б я учил… Но я не учу (улыбается). Хотя кое-что знаю – ребята натаскали меня по нехорошим словам.

 – Дерон Куинт говорил нам не так давно в интервью, что когда он поинтересовался, как будет «Happy Birthday», ему ответили «Пошел на х**». Над вами так не шутят?

– Да, я слышал такие истории. Мужчины мне произнесли: если буду злиться на кого-либо на льду, нужно гласить то же самое. Время от времени я использую эти слова (смеется).

Красноватые волосы

– Отыскала в вебе фотографию. Это ваше черное прошедшее?

– О, эта фото… Ну волосы красноватые, так как шел плей-офф – в это время же юные мужчины повсевременно что-то делают с волосами. И мне было тогда 18 лет. Это весело. Я не знаю, почему это в вебе на данный момент (смеется), но по сути я тогда практически погиб.

– Что?

– Я ударился головой об лед. И мой язык запал. Я не мог дышать.

Сейчас понятно, откуда кровоподтеки. Алексею Терещенко, когда у него случилась такая же неудача, посодействовал партнер по команде Александр Степанов. Кто вас выручил?

– Благодарю Бога, что доктор был там. И он стремительно пришел. Язык застрял, я мог умереть, но доктор был на льду уже через 10 секунд.

– Это самая томная ваша травма в карьере?

– Да. Ну, еще у меня были операции на обоих плечах, сломанное колено.

– А что у вас за шрамы на лице?

– На лбу появился, когда я был еще совершенно небольшой. Мы дрались с братом в моей комнате, и я прыгнул с высоты и ударился головой. А вот этот шрам на брови — это после того удара в Чехии.

С Дюшеном – 1:1

– Вы не прочь подраться. Какая стычка ваша возлюбленная?

– С Дюшеном. Еще я помню, как дрался с Белески, большой юноша – ту стычку я проиграл. Такое случается: некие игроки знают, как драться, а некие — нет. Время от времени ты выбираешь не того конкурента, и можешь благопристойно от него получить (улыбается).

– А когда вы дрались в КХЛ с Соколовым, правильного парня избрали?

– Совершенно точно нет. Я пробовал получить конкурента крупнее, но Соколов просто не пускал — преградил мне путь. И позже он стукнул меня, и так все и началось. Я гласил уже, что не очень отлично себя чувствую после той драки, не очень здорово смотрелось все это с моей стороны. Я пробовал сказать ребятам в раздевалке, чтоб передали Соколову мои извинения.

– Соколов хватал вас за свитер впереди. Что он желал?

– Думаю, он планировал уронить меня либо что-то схожее. Естественно, это была большая ошибка с его стороны — так опустить свою голову.

– А что скажете о стычке с Дюшеном?

– О, Мэтт… Для конкурентов та игра заканчивалась со счетом 1:5, кажется, они были очень злые. И когда ничего не выходит в матче, начинаешь вести себя вот так: охото узнать дела на кулаках с кем-то либо еще что-то сделать. Мы просто оказались друг напротив друга: «Хочешь подраться?». И мы подрались.

– Отлично вышло?

– Это был 2-ой раз, когда я дрался с Дюшеном. 1-ая стычка была не очень успешной, так как мой свитер был не заправлен, и Мэтт просто натянул мне его на голову, чем практически окончил бой. Во 2-ой раз – я был готов. И мне понравилось. Что я еще могу сказать об этом?

– Чем вас вообщем так завлекают драки? Вы же не тафгай.

– Не знаю, я их не ищу. Но если это нужно, я готов скинуть перчатки. К примеру, когда конкурент наносит грязные удары моим партнерам, это вроде как «зеленый свет» для меня — необходимо пойти и подраться. Каждое лето я занимаюсь боксом – обыденным либо тайландским, и, наверняка, потому чувствую себя уверенно в стычках. Мы работаем с моим индивидуальным тренером в Праге уже 6 либо 7 лет.

– Как вы начали заниматься боксом?

– Я увлекся боксерскими тренировками в Чехии – и один занимался, и с командой. И мне это просто не нравилось, осознавал, что необходимо заниматься еще лучше и вернее. А некие ребята уже прогуливались к этому тренеру. И я тоже решил испытать. Он спец по физподготовке, зарабатывал на жизнь, занимаясь тайландским боксом. Позже он стал работать с теннисистами, гольфистами, футболистами, хоккеистами.

– Что для вас больше нравится — бокс либо тайландский бокс?

– Тайландский бокс. Так как там можно использовать все — локти, колени. Я тоже могу использовать это на льду (смеется). Нет, ну естественно, так нельзя.

– Сколько часов вы занимаетесь боксом?

– После сезона я недолго отдыхаю дома в Чехии, а позже начинаю два раза в денек трениться — полтора либо два часа с пн. по пятницу. И в таком графике месяц. А позже выхожу на лед и параллельно продолжаю занятия по боксу.

Под кожу

– Вас просто вывести из себя? Что игроку для этого необходимо сделать?

– Я не люблю, когда толкают в спину либо наносят удары клюшкой по рукам. Либо делают что-то нарочно. Но некие команды строятся так – там есть игроки, которые готовы залезть для тебя под кожу.

И ты знаешь, что если подерешься с ними, позже будешь удален на 5 минут. Да, время от времени я очень злюсь тогда и могу выключиться из игры – просто буду находить того парня, который толкнул меня, и постараюсь завязать с ним стычку.

– Когда последний раз выходили из себя?

– В КХЛ такового со мной не бывало, так как тут не настолько не мало стычек. Ведь, по-моему, если ты подерешься два раза, для тебя нужно будет пропустить одну игру, так? Потому я не очень стремлюсь к стычкам.

– Чем вас так в свое время расстроил Райан Эллис, что вы его оттолкнули от себя?

– Помню, он что-то гласил из серии: «Не толкайся». Мы просто стояли около ворот и он сам начал толкать меня клюшкой. Ну я и решил оттолкнуть его. Эллис, кажется, зацепился за клюшку и свалился. Да, было весело.

– Вы оттолкнули его метра на два. 

– (смеется) Думаю, бокс посодействовал. Если ты знаешь, что умеешь драться, ты более уверенно. Игроки, которые не знают, как драться, страшатся.

– Вы в собственной жизни ко всему так придирчиво относитесь? Стараетесь все делать очень отменно?

– Да, я таковой во всем. Как уже гласил, я начал заниматься боксом, так как сообразил, что могу больше. И после чего сезона мы собираемся опять работать и работать над этим, чтоб приготовиться к последующему. А через год — еще более. И, думаю, к старости наберу лучшую форму.

Фото: Fotobank/Getty Images/Dilip Vishwanat, Bill Smith/NHLI, Doug Pensinger, инстаграм Владимира Соботки, hawk.ru, hc-slavia.cz/Michael Mareš, hcmotor.cz/František Panec

Related Posts

Добавить комментарий