Без кепки

Петр Врана в «Атланте» на данный момент, наверняка, самый нужный игрок. К чеху в гости то и дело приезжают журналисты, с его ролью проводятся фотосессии. Когда мы увиделись, Петр, вялый после тренировки, посиживал на трибуне и позировал. «Фотограф желает сказать, у вас лицо очень…» – пробовал подобрать слово переводчик. «Серьезное?» – подразумевал Врана. – «Нет, очень счастливое».

Но как Петра попросили взять клубную кепку, он резко скорчился и протянул: «О-ох, нет, терпеть не могу их».

– Чем для вас так не нравится этот головной убор? – поинтересовалась я после фотосьемки.

– На данный момент расскажу. В детстве я очень обожал кепки и длительное время носил их. А потом в 5-ом классе мне пришлось поменять команду: каждый денек необходимо было ездить на поезде из собственного городка в примыкающий – там была школа и другая хоккейная секция. И вот в один прекрасный момент я оставил кепку на сиденьи. Вышел и здесь же понял: «Черт, я запамятовал кепку». Обернулся, а поезд уже отъезжал. В один из последующих дней я увидел в поезде парня в моей кепке. Он был старше, а мне – лет 11-12. Я не мог подойти и забрать, сказать: «Это моя кепка!». Он ведь произнесет, что просто отыскал ее. Кажется, я купил ту бейсболку в Америке, в Сан-Франциско.

После того варианта я не ношу кепки. Очень велико было разочарование. Правда, не так давно мне опять пришлось ее надевать. На сборах в Финляндии было очень горячо, так что деваться было некуда. Хотя мне и не нравится.

– А вообщем как для вас в «Атланте»?

– Отлично. Мы две недели были в Финляндии, на данный момент пару недель – в Рф. Пока все отлично. Тренируемся серьезно. Опять привыкаю к русским традициям – пожимать руки каждое утро, к примеру, либо к тому, что нельзя свистеть в раздевалке. Никаких приключений тут со мной пока не было.

– Как случилось, что омский «Авангард» в это межсезонье проиграл борьбу за вас?

– Не знаю. Я говорил с агентом, и он произнес: «Ты едешь в «Атлант». Честно, все вышло так стремительно, когда выяснилось, что «Льва» не будет в КХЛ. Я здесь же обратился к агенту. Он произнес: «Атлант» интересуется», – и мы условились. Это было легким решением для меня, так как больше определенных вариантов-то и не было. Я ответил: «Отлично». Это не так далековато от Праги, так что я всегда могу долететь домой за пару часиков.

Башмаки монстра

– Не то, что из Хабаровска, когда для вас приходилось не только лишь далековато летать, да и длительно ожидать вылета.

– Это сумасшествие – летать туда-обратно, туда-обратно коммерческими рейсами. Я бы не стал этого делать, будь мне лет 30 5. Но на тот момент «Амур» был единственной командой, куда меня приглашали из Чехии. Да, помню случай – случился пожар в Китае, а мы ворачивались из Екатеринбурга. Это смешная история, так как в игре с «Автомобилистом» я сделал хет-трик, и Якуб Петружалек после чего желал изумить меня. Пока мы ожидали самолет, он купил мне смешные башмаки – они были как стопы монстра. Зеленоватые большие башмаки с желтоватыми длинноватыми когтями. А себе он купил башмаки слона. И мы надели их в самолете, и так и прогуливались там.

В тот полет мы тормознули, кажется, в Новосибирске, где нам произнесли, что мы не можем сесть в Хабаровске, так как над городом туман. В конечном итоге мы оставались в самолете около 8 часов. Когда добрались до дома, общее время полета составляло 15 либо 16 часов. Это было просто сумасшествие. Позже мы игрались с столичным «Динамо» и уступили 1:7. Так были выжаты.

– Ботинки-то посодействовали?

– Поначалу да. Мы садились в самолет радостные, с прикольной обувью. А позже посиживали в ней часы и часы, часы и часы… По-моему, я их даже сохранил.

– Вы с таковой теплотой вспоминаете об «Амуре».

– Да. Все у меня спрашивают: «Почему ты поехал в Хабаровск? Так далековато…». Но там и по правде было потрясающе: Якуб был диджеем, играл в баре, очень забавно отдыхали. Не плохое приключение и хороший опыт.

– Мне ведали историю, как вы принудили Петружалеку весь шкаф бутылками с водой. Забавлялись так?

– У нас там каждый месяц на этикетке бутылок с минералкой печатали имя наилучшего игрока месяца в «Амуре». Якуб тогда был таковой принципиальный – прогуливался в стиле «у меня все выходит в игре, хорош». Был расслаблен, растерял внимательность. А мы собрали все бутылки с его изображением и принудили ему весь шкафчик в раздевалке. Еще помню, как-то в выходной Якуб пошел в Хабаровске на пляжную вечеринку и потерялся, пришлось ехать за ним… Как я и гласил, в «Амуре» было очень забавно – в Хабаровске собрались хорошие ребята.

– Во «Льве», по-моему, тоже. По ощущениям, вы были очень дружной командой.

– Да. Почти во всем потому я даже разозлился, когда вызнал, что команды не будет – во «Льве» было здорово. Мы смеялись и делали различные глупости. Каждую неделю у нас были ланчи в раздевалке. Устраивали обеды по случаю денька рождения либо первого гола у кого-либо из ребят. Очень-очень жалко, что «Льва» в Праге больше нет.

– Ваш партнер по «Амуру» и «Льву» Микко Мяенпя занимается йогой для успокоения. Вы не практиковали?

– Это правда, он увлекается медитациями и иными штуками. Думаю, это отлично. Я тоже желаю испытать, но понимаю, что это не просто увлечение, а образ жизни. Нужно питаться по другому, соблюдать какие-то правила. Но я пока не готов отрешиться от мяса и есть салатики, в особенности когда для тебя позже нужно ехать в Нижнекамск. А Микко я восхищаюсь.

Я пробовал заниматься йогой, мы прогуливались на занятия с моей супругой, когда я играл в АХЛ. И она всегда смеялась нужно мной, так как я не гибкий. Потому посиживал там в каких-либо странноватых позах, и не достаточно что был в состоянии сделать верно. В конечном итоге бросил и больше не ворачивался к этому.

Встреча с Кросби

– Гол, который вы забили в ворота Василия Кошечкина, стал одним из наилучших в прошедшем сезоне. Вас даже ассоциировали с Дацюком.

– Это всего только один гол. Если стану забивать такие повсевременно, с наслаждением помыслил бы, что могу быть как Дацюк. Но это просто один из моментов, когда ты идешь на ворота, и все случается. Ты просто делаешь – не думаешь. Неплохой гол. Но с Дацюком я точно не стану себя ассоциировать, Павел – один из наилучших игроков мира. Я могу только следить за ним. Он классный мастер: может играть всюду – и в защите, и в нападении. И вне льда, по ощущениям, земной, обычный юноша. Это исключение.

– Свои голы нередко пересматриваете?

– Этот я смотрел, так как кто-то запостил видео на Фэйсбук. Супруга показала, было приятно. Время от времени я люблю поглядеть хайлайты с этим же Дацюком, Кросби либо другими крутыми игроками — Малкиным, Кэйном, к примеру. То, что они делают на льду – отлично. Кстати, с Дацюком-то я лично не знаком. А вот с Кросби встречался, еще играя в юниорской лиге Квебека.

– Как вы познакомились?

– Кросби, наверняка, было лет 15. Это весело, так как я уже играл в юниорах, а он еще как бы нет. Мы повстречались в Галифаксе. И он представился: «Привет, я Сидни» – «Ну, привет». Он произнес: «Я просто стоял, смотрел, как ты тут играешь…». Я не направил особенного внимания: «М-м, понятно». Тормознул с ним рядом практически на секунду. А прошло два года – Сидни заиграл в лиге и сходу стал одним из наилучших. Кросби неплохой юноша, хотя большая звезда.

– А у нас в стране многие считают, что он плакса.

– Он не был таким 1-ые несколько лет взрослой карьеры. По юниорам тем паче, исключительно в собственный последний год, когда заиграл очень благопристойно, стал незначительно задирать нос. Но когда он только начинал, был весь сфокусирован на хоккее. Серьезно работал.

2 минутки за старание

– Свою единственную стычку в Чехии хоть раз пересматривали?

– Нет, но я ее отлично помню. Мне так надрали пятую точку, что, наверняка, со стороны это смотрелось весело. Что поделать, я некрупный юноша и не знаю, как со своими габаритами драться. Нет, если будет необходимо заступиться за кого-либо, я непременно это сделаю. Но я не ищу драки.

– Я смеялась, когда вспоминала ваш рассказ о том, как реагировали судьи.

– «Этому 5 минут, этому – 5… Врана? Ну, давайте дадим ему 2 минутки, так как он ничего не мог сделать», – гласили судьи. Это было вправду забавно. Я до сего времени помню, как слышал их слова. В тот момент мне было так постыдно, ох… Но тот юноша был вправду огромным. Я же просто старался держаться за него – упирался ему в грудь, что бы ни было. Потому ему дали 5 минут за стычку, а мне две. «Он старался… Он старался…».

Неразборчивый Шекспир

– У вас в жизни был один не таковой забавнй эпизод — суровая травма в Америке. На данный момент есть последствия?

– Мне потребовалось два года, чтоб на сто процентов восстановиться. Но на данный момент все отлично. Только поменялся взор на хоккей. Всегда припоминаю для себя, как люблю его. Мы всегда об этом забываем. А когда выбываешь практически на целый год — впадаешь в депрессию. Мечтаешь о том, чтоб возвратиться. Если б не супруга, я бы тогда ел чипсы и лежал на диванчике. Она меня растянула, и почти все пережила совместно со мной.

– Вы просто лежали?

– Мне было тяжело вставать с постели. Так как нога очень болела. Не мог всеполноценно ходить четыре месяца – нельзя было ступить на ногу. Супруга все делала сама – как-то даже собрала всю мебель за один денек. Она из Канады, а мы тогда еще поехали в Чехию 1-ый раз. И ей снова пришлось все делать за меня. Это было очень тяжелое время.

– Отлично чувства проверили.

– Мы объединились. Если б я оказался один в той ситуации, мне пришлось бы туго. Я бы просто лежал. Толстый. И ел чипсы.

– Ну, наверняка, читали бы еще? Молвят, вас повсевременно лицезреют с книжкой в руке.

– Да, читать я люблю, это увлекает и при всем этом убивает время. Начинаешь читать, и последующее, что осознаешь — прошло два часа. Люблю читать перед сном – обычно по ходу чтения я и засыпаю. Мы с супругой собираем домашнюю библиотеку – приносим туда много-много книжек. В главном скандинавских создателей. Если по жанрам, то поближе всего триллеры, приключения.

– Я вот не могу прочитать Хэмингуэя, там очень обидно про рыбку, которую старик ловил. Расстраиваюсь.

– Время от времени я читаю классику, но почаще все-же что-то из новых произведений. Честно говоря, я не люблю классику, ее очень тяжело читать. И было весело, когда на 2-ой год в Канаде я пошел в школу – у нас был британский класс, и мы проходили Шекспира. Я понятия не имел, что мы читаем. Ребята начинали читать, а я просто посиживал и смотрел на книжку. И не осознавал ни слова. Британский же мне не родной, а разобрать старенькый язык, язык Шекспира, было очень тяжело. В моем случае – вообщем нереально. С того времени я классику как-то не очень.

Всегда есть шанс

– Последние два сезона вы, в конце концов, провели дома. Тяжело на данный момент было опять срываться?

– Мы только приобрели новое жилище в Праге, начали обустраиваться. Я очень длительно ожидал, как все разрешится. А нам все повторяли: «Подождите. Мы не знаем. Подождите…». И позже все — конец. Было очень обидно, в особенности так как в прошедшем году мы игрались в конце.

– Чешские журналисты произнесли мне, что «Лев» достигнул фуррора, так как изгнал практически всех чехов и набрал финнов, шведов и канадцев.

– Это ключевое. Нет, не то, что уволили всех чехов. А то, что у нас был микс игроков – мультикультурная команда. Финны размеренные, шведы подвижные, чехи радостные, канадцы общительные. Каждый вносил что-то свое. И болельщики нас очень поддержали. Никогда не забуду ту энергию и атмосферу во время матчей плей-офф. Дворец стоял на ушах.

– И все-же: как «Лев» сумел дойти до конца?

– Для нас это тоже стало сюрпризом. Думаю, дело вот в чем. Когда Кари Ялонен пришел по ходу сезона в команду, он произвел много конфигураций в раздевалке. К примеру, он нас рассадил. Ранее мы посиживали своими группками, а он всех перетасовал. Позже на олимпийский перерыв мы ездили в Дубай, где игрались в футбол, отдыхали с детками и супругами. Когда чемпионат возобновился, оставалось семь матчей до плей-офф. И мы были в неплохом настроении – все игроки ощущали себя как отличные друзья, банда. И мы одолели «Медвешчак» 4-0. А позже пошло по накатанной. Мы были семьей, где у каждого своя роль и каждый знал, что делать.

– Реально было выиграть у «Магнитки»?

– Шанс есть всегда. Мы же дошли до седьмого матча. Но, думаю, в последних трех-четырех играх мы не смогли показать собственный наилучший хоккей. А так… Мозякин был безрассудно неплох в собственном звене. Против их нам было очень тяжело играть.

– Вы игрались в конце. А на данный момент мы не знаем, чего ожидать от «Атланта».

– Да. Но этого знать и нереально. Собственный 1-ый сезон в КХЛ я провел в Хабаровске, когда все вокруг гласили: «Вы будете последними», «у вас страшная команда». Но мы вышли в плей-офф. И то же самое в Праге. Никто не ждал, что мы дойдем до конца. У нас не было звучных имен, суперзвезд, огромного бюджета. Но мы оказались в конце и дотянули до седьмой игры. Потому никогда нельзя загадывать, как все сложится. Вы сможете гласить, что на бумаге у «Атланта» нет величавых игроков. Но я думаю, это непринципиально – всегда есть шанс.

Фото: пресс-служба «Атланта»; РИА Анонсы/Алексей Куденко; Fotobank/Getty Images/Andre Ringuette, Jim McIsaac; РИА Анонсы/Алексей Куденко

Related Posts

Добавить комментарий